Столетиями совершенствовалась оборона границ Восточной Пруссии. Множество городов, деревень, поместий и хуторов, находясь на выгодных для обороны высотах, своим расположением дают возможность создавать огневые мешки и наносить фланговые удары. Тысячи военных поселений на границах Восточной Пруссии готовили свои хозяйства к обороне с юга, востока, запада и с моря: громадные казармы, склады, ремонтные заводы — не только наземные, но и подземные, мастерские. Развитая система железных и шоссейных дорог, сеть аэродромов. Восточная Пруссия стада стратегическим плацдармом. Отсюда фашисты пошли на нашу Родину. Германия стала каторгой для народов, Восточная Пруссия — одним из самых мрачных ее застенков.
Пруссия в стратегических планах гитлеровцев занимала особое место. Сосредоточивая 40 дивизий против правого крыла наших армий, гитлеровцы рассчитывали остановить их на укреплениях Восточной Пруссии, тем самым прикрыть Померанию и обезопасить наш путь к Берлину. Одновременно полагая с восточно-прусского плацдарма, выгодно нависающего над Польшей, наносить удары во фланг наших армий, наступающих на Берлин.
Наша задача — не допустить переброски ни одной дивизии немцев из Пруссии к Берлину, одновременно уничтожить всю Восточно-Прусскую группировку гитлеровцев, занять Восточную Пруссию и прорваться в Померанию.
Москва — Сталинград — Донбасс — Украина — Белоруссия — таков тяжелый путь 96-й гвардейской орденов Ленина, Красного Знамени, Суворова II ст., Иловайской стрелковой дивизии к осени 1944 года. И вот оно — логово!
Мы у границ Восточной Пруссии.
Накануне, перед переходом границы, замполиты, парторги проводили собрания и беседы. Вопрос стоял один: крушить фашистов! Отомстить за разрушенные города и села, за убитых и замученных, за страдания нашего народа!
20 октября перешли Государственную границу. Было ясно, что Восточная Пруссия — очаг фашизма, цитадель гитлеровского государства. Здесь придется каждый метр брать в жестоком бою. Вся земля здесь была закована в бетон и сталь, насыщена долговременными сооружениями. Многоэтажные доты, расположенные в шахматном порядке, а в них — крупнокалиберная артиллерия, пулеметы, огнеметы.
На рассвете загрохотали пушки. Содрогнулась земля. Через полтора часа пошли вперед. Заняли три траншеи, затем сопротивление немцев стало возрастать. Нам хорошо помогали танки и самоходки при подавлении дотов. Бои были тяжелыми и изнурительными. Дни и ночи. Так дошли до г. Шталупенен. Бои несколько стихли.
Незнакомая архитектура домов, чистенький уютный городок. На окраине одного из дворов бродила стайка гусей. Жителей в городе не было.
Одному 3-му Белорусскому фронту, как пишет маршал A.M. Василевский, прорвать развитую инженерную оборону глубиной до 200 километров оказалось не по силам. К разгрому немцев в Восточной Пруссии были привлечены войска 2-го Белорусского фронта.
В декабре 1944 и начале января 1945 года в Восточной Пруссии стояли сильные морозы, земля промерзла более чем на полметра. Наступление было намечено на 23 января 1945 года, но, по просьбе союзников (немцы прижали их в Арденах), было перенесено на 13 января 1945 года.
В то утро ветра Балтийского моря пригнали туман. Тысячи орудий ударили по укреплениям врага. Сливаясь с дымом взрывов, туман становился все плотней, опускался все ниже и вскоре закрыл всю землю.
Под прикрытием тумана в атаку пошли танки и били в упор.
Прервать наступление было невозможно: гигантское стратегическое наступление развернулось на всем советско-германском фронте, от Балтики до Будапешта.
В первые дни сказалась мощь немецких укреплений и особенно их массовость. Борьба за траншеи, за группы дотов, за населенные пункты, имения, хутора, отдельные дома и каменные постройки потребовали своеобразной тактики. Решающую роль стали играть мелкие комбинированные штурмовые группы. В тумане наши войска стремительно сближались с врагом, прорываясь через вражеские рубежи.
В первый день наступления мы овладели только тремя траншеями и продвинулись на полтора километра.
Во второй день немцы ввели танки и десятки раз бросались в контратаки. Их удары отразили наши тяжелые танки «ИС», самоходки, артиллерия. Мы продвинулись еще на два с половиной километра.
В третий день продолжалось наступление при непрерывных атаках немцев.
Четвертый день продолжался героический штурм. Десятую, двадцатую, тридцатую, сорок первую траншею преодолели. Ни на минуту не прекращался штурм. Дни и ночи мы «прогрызали» оборону немцев. За пять дней прошли 20 километров. Потери были значительными.
В другой операции эти 20 км означали бы прорыв всей тактической глубины обороны и выход на оперативный простор. Но здесь на кенигсбергском направлении не было оперативного простора. Преодолев одну полосу сопротивления, пройдя сорок первую траншею, надо было начинать все сначала.
В этой сложной операции командующий фронтом генерал Черняховский, воспользовавшись тем, что армии генералов Крылова и Людникова, прорвав оборону немцев, оголили его фланги, бросил в этом направлении танковые соединения, которые ударили во фланги немцев и смяли их оборону, продвинулись далеко на запад, и затрещала немецкая оборона.
21 января 96-я гвардейская, орденов Ленина, Красного Знамени, Суворова II ст. Иловайская дивизия штурмом овладела городом Гумбиннена. В связи с этим,
295-му гвардейскому полку было присвоено звание Гумбиненнский.
Вслед за 3-м Белорусским в наступление перешел 2-й Белорусский фронт генерала Рокоссовского в направлении на север, отрезая восточно-прусскую группировку от Германии.
Танковые части фронта, обгоняя пехоту, оказались на фланге восточно-прусской группировки. Танкисты захватили сильнейшие укрепления, не дав противнику занять их своими резервами. Они подошли к Мариенбургским укреплениям, не встретив сопротивления и, поймав полицейского, заставили его указать проход через укрепления.
Кавалерийские части
2-го Белорусского фронта ворвались в Алленштайн. Захватив железнодорожную станцию, заставили немецкого диспетчера продолжать прием поездов и приняли из Кенигсберга 22 эшелона с немцами, убегавшими от наступления 3-го Белорусского фронта.
Немецкие генералы уже не знали, где их войска, где линия боев. Все перемешалось. Воздушная разведка показала, что колонны, длиной в 50 километров, движутся из центра Пруссии на юг. Но было уже поздно. Были захвачены все узлы коммуникаций. Сжимались тиски охвата восточно-прусской группировки.
Спустя десять суток после начала наступления, войска Рокоссовского прорвались к Балтийскому морю и изнутри закрыли Восточную Пруссию. Войска 3-го Белорусского фронта наносили удары с востока.
После взятия Гумбиннена темп нашего наступления усилился. Жителей в населенных пунктах не было. В коровниках ревели коровы, в свинарниках кричали свиньи. За нашими войсками шли жители Белоруссии и брали хозяйство в свои руки. Было очень много надписей на стенах: «Родные наши! Спасите нас!».
В ходе боев частями Красной Армии было захвачено много различных складов, в том числе и продовольственных. Питание резко изменилось. Вместо перловки старшины привозили макароны пополам с салом.
Город Прейсиш-Эйлау мы взяли вечером. Утром перед нами предстала картина хаоса: улицы забиты всевозможным военным имуществом. Всюду валялись немецкие мундиры (солдаты переодевались в гражданское). Началась изнурительная распутица. Мы, вместе с лошадьми, тащили, впрягаясь в лямки, пушку. И наступил день, когда мы вышли к заливу Фриш-Гаф. Все пространство перед заливом было забито повозками с домашним скарбом, машинами, танками, пушками и другим имуществом. Между двух холмов — тысячи убитых лошадей.
6 апреля начался штурм Кенигсберга.
Вся мощь Красной Армии обрушилась на логово фашистского зверя, и 9 апреля Кенигсберг пал.
Восьмисоттысячная армия фашистов, многовековая цитадель захватчиков была уничтожена.
Материал подготовил А.П. Тертышник.