Реклама  
  Реклама на www.azov.info  
  Орфография  
Система Orphus
  Aзов международный  
  Статистика  
Яндекс.Метрика
 Информационный сервер города Азова » Все новости » Просмотр новости
  Объявления  
Вчера, 24 апреля 2017
21 апреля 2017
20 апреля 2017
19 апреля 2017
Неделю назад, 18 апреля 2017
17 апреля 2017
» Архив новостей «
пятница, 29 ноября 2013, 19:00
Статьи

Кто гадает на лопатке?



Азовский музей
Андрей Масловский
Археологи
Раскопки

Нынешний археологический сезон для экспедиции Азовского историко-археологического и палеонтологического музея-заповедника выдался урожайным.

Страшная клятва или?..

— И если я нарушу свою клятву, пусть постигнет меня его участь, — произнес степняк и сделал несколько глотков из чаши, в которой поблескивала вырезанная из медного листа безголовая человекоподобная фигурка.

Возможно, что похожие на эти слова слышали стены средневекового дома, раскопав который, археологи обнаружили очаг. В очаге, словно спрятанный от чужих глаз, стоял сосуд, в сосуде лежали два маленьких плоских идола из меди — онгоны. Один из них — без головы.

Онгонами у монгольских народов называли изображения духов предков. Интересным было их отношение к этим предметам.

— Известен древний обычай входа путешественника (в широком смысле этого слова) в страну кочевников, то есть в степь. Чтобы обезопасить себя от возможного вероломства провожатого или слуг, набранных из местных, путешественник связывал свой договор с ними клятвой, — рассказывает Андрей Масловский, заведующий археологическим отделом Азовского музея-заповедника. — Во время обряда степняк погружал в сосуд для питья фигурку своего идольчика, причем была она, как правило, с «увечьями»: «увечья» онгона наглядно демонстрировали, что за кара постигнет клятвопреступника.

Находку датируют второй половиной XIV века, а вот обычай клятвы на онгонах перед выходом в степь — более ранний. Неужели он сохранился до этого времени? Или не только перед выходом в степь клялись на своих идолах жившие здесь вчерашние кочевники?

Еще один след Мамая

Зимой 1370 года в Азаке произошла, по мнению археологов, самая кровавая в истории города резня. Первое массовое захоронение – свидетельство разыгравшейся здесь когда-то трагедии — обнаружили еще в 2002 году. В нем было более двухсот человеческих останков. Следующее раскопали два года назад, теперь — третье.

«След Мамая» — так назывался опубликованный в нашей газете репортаж о страшной находке азовских археологов в 2011 году. Азакская трагедия стала звеном кровавых золотоордынских междуусобиц: Мамай, сосредоточивший в своих руках реальную власть, не мог, однако, претендовать на трон, поскольку не происходил из царского рода Чингизидов. Он возвел на престол своего ставленника — молодого Чингизида Абдаллу. Но настал момент, когда хану Абдалле захотелось самостоятельности.

В захоронениях, найденных азовскими археологами, многочисленны останки женщин и детей. Едва ли они попали под горячую руку, стали случайными жертвами: скорее всего сторонников Абдаллы Мамай уничтожал последовательно и беспощадно.

Впрочем, некоторые историки из других регионов усомнились в достоверности такой картины: не стоит, мол, навешивать на Мамая всех собак. Знаки насильственной смерти в этих захоронениях неочевидны. А что, если это жертвы не резни, а эпидемии?

— В этом сезоне мы нашли доказательство в пользу нашей первоначальной версии, — говорит Масловский. — то череп, в верхней части которого – сквозная дыра, как от удара предметом, похожим на булаву.

Картина трагедии складывается такая: недалеко от Азака у хана Абдаллы были зимники — зимние становья. Степняки на зимовье рассредоточивались и потому были уязвимы. Не исключено, что Мамай так спланировал операцию, чтобы напасть одновременно на рассредоточенных по степи людей Абдаллы.

Но не только зимняя степь стала местом этой бойни. В городе, вероятно, тоже проживали сторонники Абдаллы — вчерашние кочевники. За городскими стенами скорее всего пытались укрыться семьи зимовавших в степи, но люди Мамая добрались и до них.

Шары алхимика

Фигура алхимика для многих прочно связана со средневековой Европой или арабским Востоком. Но, как свидетельствуют археологические находки, трудились представители этой таинственной профессии и в золотоордынских городах. В Азове откопали «алхимические шары». «Алхимический шар» — это вариант реторты, лабораторного сосуда округлой формы. Такие керамические шары использовались для проведения некоторых химических реакций.

«Шары алхимика»… Уже одни только эти слова будоражат воображение. Заманчиво представить, что не где-то там, за тысячу верст, а здесь, в нашем степном Азаке, жил какой-то человек, бившийся дни и ночи над загадкой философского камня, способного превращать простые металлы в золото и серебро…

— Образ алхимика, поглощенного поиском ключа к этой тайне, а то еще и практикующего магию, на совести писателей-беллетристов и кинематографистов, — считает Масловский. — На самом деле алхимики были ремесленниками широкого профиля, занимались изготовлением полезных в быту вещей: лекарств, различных красителей, парфюмерии и т.д.

В алхимических трактатах указываются, к примеру, вполне рациональные способы получения латуни или какого-то другого сплава, напоминающего по виду золото.

Каждый алхимик — это экспериментатор. Был ли азовский алхимик не выделяющимся на фоне своих коллег экспериментатором, погруженным в решение народно-хозяйственных задач, или это все же был тот самый тип киношного сумасшедшего экспериментатора и чародея? Нет сегодня ответа на этот вопрос.

Зачем столько лопаток?

В этом сезоне азовские археологи откопали большущий, по местным средневековым меркам, купеческий склад. По их прикидкам, этот склад занимал не менее пятисот квадратных метров. Но поразили археологов не только размеры помещения. В ямке на территории склада они увидели более двухсот бараньих лопаток.

В древности баранья лопатка считалась той частью мясной туши, которой следовало угощать особенно уважаемых персон. Использовались бараньи лопатки и в ритуалах жертвоприношений духам-покровителям.

Андрей Масловский предложил такую версию находки:

— Это — бараньи лопатки, предназначенные для гадания.

Такие гадания практиковались всюду, где разводили баранов: в Древней Греции и Китае, у кочевников Евразии и т.д.

Как правило, в этом гадании участвовал огонь. К примеру, лопатку могли бросить в огонь, затем достать из него и прочесть оставленные пламенем письмена…

Но кто же в средневековом Азаке мог производить такие манипуляции?

Археологи не исключают, что даже сам богач-купец баловался на досуге скапулимантией, — так это гадание называется. А, может, это было хобби кого-то из его приказчиков?

Или  — иначе: некий профессиональный гадатель арендовал у купца часть помещения с отдельным входом, в котором и устроил свой маленький эзотерический салон. Вот только почему двести с лишним лопаток так и не пошли в дело? Может, и не заметил гадатель, как мода на лопатки прошла?

Ссылка на источник: Газета «Наше время»
  первая новость   последняя новость  
  Комментарии  

К этому материалу комментариев нет.

Ваше мнение имеет значение!


Имя:
Пароль:   Сохранить пароль
Город:
Поселок:
E-mail:
Комментарий:
Введите код:  
Принимаю правила размещения комментариев

Разрешенные теги

  • [U]подчеркнутый текст[/U],
  • [I]курсив[/I],
  • [B]полужирный[/B],
  • [*] - элемент маркированного списка;
  • теги можно [U][I][B]комбинировать[/B][/I][/U].
   Наверх